Ваш регион: Санкт-Петербург 07:15 Мск 11.12.2016
Информационно-аналитический сервис
строительного сообщества
Публикации
02.06.2014

Миф о Прютт-Айго

На днях появился интересный материал касательно знаменитого социального комплекса Прютт-Айго в американском Сент-Луисе. Полностью статью можно прочитать по этой ссылке. В данном информационном сообщении будут воспроизведены некоторые отрывки из текста, избранные фотографии и дан авторский комментарий к статье.

Александр Ложкин о проекте Прютт-Айго

Конечно же, проблема не в архитектуре. Но и не в финансовом кризисе, и, тем более, не в "отсутствии обслуживания и ухудшении материального положения жильцов" - это, как раз, следствие ошибочной градостроительной и жилищной политики, лишенной прогнозирования социальных последствий принимаемых решений.

Это не миф, это кейс. Очень важный потому, что российские города воспроизводят сейчас "Прютт-Айго" многотысячными тиражами.

Архитектура здесь была лишь неверно выбранным инструментом. Ямасаки и его заказчики поставили эксперимент, предположив, что модернистская инновационная архитектура может решить социальную проблему. Не решила, но приумножила, эксперимент провалился - и это не миф, а факт.

Наши чиновники вполне справедливо полагают, что архитекторы не имеют инструментов для решения проблемы нехватки жилья - в этом отличие сегодняшней России от Сент-Луиса 1950-х. Но питают иллюзии, что массовое производство бетона способно ее решить - в этом сходство.

Миф о Прютт-Айго, Катарина Бристоль

600335dfd297aaba5865cd103beca484.png

В истории архитектуры мало таких сильных сцен, как снос жилищного комплекса Прютт-Айго. После того, как в 1972 году правительство сравняло с землей первые три здания комплекса, Прютт-Айго стал своего рода символом, который вновь и вновь всплывал в архитектурных дискуссиях. Архитекторы повторяли, как нечто само собой разумеющееся, что комплекс оказался провальным из-за неудачного проектного решения. В 1977 году Чарльз Дженкс назвал крах Прютт-Айго "концом архитектуры модернизма"; такая точка зрения существует и по сей день. Для каждого, кто знаком с историей американской архитектуры, Прютт-Айго означает "конец высокого модернизма" и "неудачную попытку обеспечить бедняков достойным жильем".

Это - миф. Он основан на утверждении, что причиной сноса Прютт-Айго была его архитектура. В первой части статьи я развенчаю этот миф, поместив его в контекст истории жилищной политики и городской перепланировки в США. Таким образом станет видна экономическая и политическая подоплека строительства и обеспечения Прютт-Айго.

Затем я попытаюсь показать, как миф Прютт-Айго появлялся в прессе и в архитектурной среде и с каждым пересказом обрастал все новыми подробностями. Я сделаю акцент на важнейшей составляющей мифа - мнимой связи между судьбой проекта и архитектурой модернизма в целом. В последней части я утверждаю, что миф Прютт-Айго - это мистификация. То, что ответственность за крах жилого комплекса понесли архитекторы, отвлекло всеобщее внимание от основных причин несчастья - обстоятельств его строительства. В то же время, фигура архитектора приобрела небывалое значение, ведь проектирование отныне могло стать причиной социальных проблем - и их решением.

История Прютт-Айго: жилищные комплексы и городская перепланировка

Комплекс Прютт-Айго был построен в Сент-Луисе в соответствии с новым Земельным законом США. Закон был принят в 1949 году, в связи с чем государство выделило средства на снос домов в трущобах, редевелопмент города и строительство новых жилищных комплексов. Как и во многих городах после войны, белые жители Сент-Луиса из среднего класса постепенно уезжали из центра в пригороды. Центр города превращался в трущобы, потому что нищие занимали пустые дома тех, кто уехал.

Кольцо трущоб, окружавшее центр, было сегрегировано по расовому признаку. Темнокожие занимали территорию к северу от центра, белые предпочитали жить на юге. "Черное гетто" быстро расширялось за счет бедняков - темнокожих южан, которые пришли с войны. Трущобы все ближе подбирались к деловому центру, а городские чиновники и бизнесмены боялись снижать цены на недвижимость, чтобы не навредить экономике. Поэтому был разработан подробный план городского редевелопмента.

9d646ead1386382dd2b204a6b832b187.jpg

На средства, выделенные по Земельному закону 1949 года, Управление городской расчистки и реконструкции Сент-Луиса планировало приобрести участки с трущобами, чтобы задешево продать эту землю частным предпринимателям. Расчет шел на то, что средний класс получит менее дорогое жилье и дополнительный заработок - и вернется обратно в центр города. Управление жилищного строительства Сент-Луиса, напротив, собиралось отдать эту землю под государственное жилье и обеспечить дешевыми квартирами бедняков, оставшихся без жилья из-за переустройства и расчистки - чтобы остановить расширение зоны гетто.

Прютт-Айго был одним из государственных жилищных проектов. Для него был выделен расчищенный участок - пустырь величиной в 57 акров в северной части гетто для черных. В 1950 году Сент-Луис должен был получить 5800 новых единиц жилплощади, и примерно половину из них - 2700 единиц - по решению Управления жилищного строительства приходилось на Прютт-Айго. Плотность заселения была выше, чем в трущобах: проект должен был вместить 15 000 съемщиков. Работники жилищного фонда и городские планировщики хотели заселить тех, кто остался без жилья не только в Прютт-Айго, но и в других районах. В том же году Управление жилищного строительства заказало проект компании "Leinweber, Yamasaki & Hellmuth".

Размеры и расположение участка выбирало Управление, решения о количестве жилых мест и плотности заселения также принимали сверху. Изначально архитекторы хотели построить несколько высоток, а также несколько невысоких зданий и домов без лифта. План был одобрен местными властями, но затраты на строительство превышали выделенный государством бюджет, и Управление настояло на постройке 33 однотипных 11-этажных зданий с лифтом. Этот выбор был продиктован исключительно экономией и погоней за эффективностью.

В условиях жесткой экономии архитекторы улучшили жилищные условия в многоэтажках, взяв на вооружение две проектировочные новинки: лифты, останавливающиеся не на каждом этаже, (skip-stop elevators) и стеклянные переходы. Они должны были создать внутри зданий атмосферу «отдельных кварталов». Стеклянный переход располагался на втором этаже каждого здания и задумывался как "вертикальный коридор". Человек мог дойти до своей квартиры только через переход-галерею, куда его доставлял лифт. Вход в прачечные и кладовки также осуществлялся только через галерею. Когда про Прютт-Айго начали писать материалы в журналах "Architectural Forum" и "Architectural Record", именно эти детали привлекли к себе больше всего внимания. В "Architectural Record" писали, что инновации с лихвой компенсируют недостатки многоэтажных зданий:

c7bd25cd5fb8927ce326bba05fc5daab.jpg

После принятия решения о строительстве многоэтажек бюджет сокращать не перестали. В 1975 году политолог Юджин Михан, изучавший жилищное строительство Сент-Луиса, пришел к выводу, что сокращения бюджета повлияли на результат строительства. Из проекта были выкинуты детские площадки, зеленые насаждения и ванные комнаты на первом этаже. И это еще не все: "Металлическая фурнитура была такого низкого качества, что замки и дверные ручки ломались при первом же использовании <...> Любой порыв ветра мог высадить стекло - из-за несоответствующих проемам рам. Кухонные гарнитуры были сделаны из самой тонкой клееной фанеры".

8fe7b2c2cf4e4f4650474a22b4f2ed86.png

Прютт-Айго был закончен в 1954 году. Должно было открыться две отдельные секции (Прютт для чернокожих и Айго для белых), но сразу после открытия Верховный Суд настоял на десегрегации, которую в том же году начали насильно вводить по всей стране.

Все попытки наладить контакт между расами провалились с самого начала - и Прютт-Айго стал исключительно "черным" жилищным комплексом. Однако, первые жильцы остались довольны своим новым жильем. Несмотря на дешевизну конструкции, модули все равно были оснащены куда лучше, чем трущобы, которые жильцам пришлось оставить по своей воле или по принуждению властей.

К 1958 году обстоятельства изменились. Начало резко уменьшаться количество арендаторов. Роджер Монтгомери доказал, что чиновники из жилищного управления Сент-Луиса не смогли противостоять демографической тенденции на городском рынке жилья, которая угрожала их проектам. Пока строился Прютт-Айго, спрос на дешевое жилье в черте города был высок как никогда: из-за расчистки трущоб, городской перепланировки и государственной магистральной программы. В 1954 году, ко времени открытия проекта, спрос сошел на нет. Население столицы увеличивалось медленно, недорогих домов в пригородах стало больше, и темнокожие бедняки уже могли потянуть там ренту. Многие переезжали не в государственные многоквартирные дома, а в отдельные недорогие домики. В 1957 году число жильцов на единицу площади в Прютт-Айго достигло отметки в 91% - и сразу же стало стремительно падать.

Юджин Михан наглядно показал, что именно спад количества арендаторов не позволил Управлению жилищного строительства Сент-Луиса поддерживать проект. По Земельному закону 1949 года местные управления жилищного строительства финансировались за счет жильцов: деньги вычитались непосредственно из ренты. Повышение цен на жилье и уменьшение количества жильцов не позволило Управлению жилищного строительства провести капитальный ремонт. К тому же, средний доход жильцов неумолимо падал. Довольно скоро жилищные модули населили самые бедные представители чернокожего населения Сент-Луиса: в первую очередь, матери-одиночки, сидящие на пособии. Из-за демографических и экономических сдвигов на обслуживание и ремонт помещений хронически не хватало средств. Лифты не работали, следы вандализма не устранялись. В жилищных модулях, населенных бедными и деморализованными гражданами, помимо вандализма учащались случаи насилия.

a33170f7ca204aacd47ad70097affccc.png

Власти обратили внимание на финансовые проблемы и насилие в Прютт-Айго и предприняли попытку спасти комплекс. На ремонт и социальные программы по предотвращению задолженностей и помощи жильцам было выделено несколько грантов, первый из них - в 1965 году. Это не возымело никакого действия: число жильцов продолжило падать, случаев насилия становилось все больше, комплекс не обслуживался. В 1969 году жильцы Прютт-Айго и двух других проектов объявили большую девятимесячную забастовку. Это истощило и так скудные финансовые резервы Управления и ухудшило ситуацию в целом, поэтому Министерство жилищного строительства и городского развития США приняло решение о закрытии проекта. Жильцов расселили в 10 домов из 13, и 16 марта 1972 года три здания в центре жилищного модуля были снесены. Хотя в последний момент поступило несколько предложений по реабилитации проекта, министерство осталось при своем, и к 1976 году жилой комплекс был полностью разрушен.

Миф о Прютт-Айго

У взлета и падения Прютт-Айго, несомненно, было множество социально-экономических причин. Однако, для большинства архитекторов они сводятся к одному утверждению: "Все из-за плохой архитектуры". Этот миф распространился уже после сноса комплекса - но его основа заложена в самом начале истории Прютт-Айго.

Проблемы проявились лишь через несколько лет после завершения проекта: первые заметки о связи архитектуры и неурядиц в Прютт-Айго местной прессе только в 1960 году. Лифты с пропуском этажей и галереи не добавили уюта, зато стали прекрасным местом для преступлений. Пользуясь тем, что добраться до квартир можно было только через галерею, преступники устраивали там засады. К тому же на жильцов постоянно нападали в лифтах.

Профессиональные проектировщики увидели связь между небольшими погрешностями в архитектуре Прютт-Айго и резким ухудшением его состояния, когда в 1965 году дурная слава комплекса вынудила журнал "Architectural Forum" опубликовать вторую статью о Прютт-Айго, "Case History of a Failure" ("История неудачи"), в опровержение первой. Ее автор, Джеймс Бейли, открестился от всего, что "Forum" писал о проекте, и признал, что многие новшества, которые журнал хвалил в 1951 году, не способствуют, а скорее, препятствуют улучшению качества жизни:

94041f4b45a374c73ff561c391f66f97.png

"Лифты, будто рассчитанные на карликов, откровенно изношены и пахнут мочой детей, не дотерпевших, пока лифт доедет до их этажа. Он останавливается только на каждом третьем этаже и прямо-таки провоцирует совершить в нем преступление <...> Галереи - светлые анклавы социальной жизни. Жильцы называют их "прогон сквозь строй": чтобы добраться до своей двери, им нужно пройти сквозь них, минуя всевозможные опасности <...> Тяжелые металлические решетки были установлены слишком поздно: трое детей успели вывалиться из окон. Выведенные наружу в галереях и в квартирах трубы отопления несколько раз становились причиной сильных ожогов. Прачечные небезопасны и практически не используются <...> Кладовки тоже заперты - и пусты. Их так часто грабили, что жильцы отказываются их использовать".

К чести Джеймса Бейли, он умерил свою критику, указав на то, что причины проблем Прютт-Айго - не в архитектуре. Он написал о дурной славе проекта и недостатках технического и материального обеспечения, а также о том, что среди жильцов практически нет взрослых мужчин. Тем не менее, статья Бейли стала основой мифа Прютт-Айго и пересказывалась на протяжении 1960-х и начала 1970-х годов, пока ситуация в комплексе продолжала ухудшаться.

Cнос комплекса по решению суда в 1972 году принес Прютт-Айго широкую славу в архитектурной и национальной прессе. "Architectural Forum", "AIA Journal", "Architecture Plus" и "Architect’s Journal" опубликовали статьи о провале инновационного проекта. "Life", "Time", "The Washington Post" и "The National Observer", среди прочих, писали о сносе зданий и о его причине - архитектурной неудаче... В этих статьях впервые появился миф Прютт-Айго. Критиков больше не интересовали детали проекта - они связали провал с философией архитектуры. Мысль, что архитекторы оказались нечувствительными к нуждам бедных и с помощью архитектурного решения навязали Прютт-Айго образ жизни белого человека из среднего класса, была лейтмотивом всех материалов. В статье журнала "Architecture Plus" утверждалось, что архитектура зданий социально не соответствовала тем, кто должен был в них жить. Там цитировалась фраза Джорджа Кассабаума, одного из архитекторов проекта: "Белые люди из среднего класса, такие как я, делали проект для совершенно другой социальной группы". Подразумевалось, что городские темнокожие бедняки представляют собой отдельную группу со своими нуждами: они не дорожат порядком, как люди из среднего класса, и склонны к деструктивному поведению. В "Washington Post" писали, что "многоэтажные здания не подходят для бедняцких семей, для детей деревенских жителей, которые переехали туда из трущоб".

В мифе о Прютт-Айго его злоключения никак не связывают с финансовым кризисом Управления жилищного строительства Сент-Луиса и в целом с тем, что Юджин Михан назвал "запланированным крахом" государственного жилищного строительства США. Из-за двойственного отношения государства к жилищной реформе ее программа выполнялась формально и в условиях непомерного финансового давления. Даже Управление жилищного строительства США сводило на нет все усилия по жилищному строительству, постоянно урезая его бюджет. В мифе замалчивается и связь жилищного строительства с послевоенными программами городского развития. Государственные деньги выделялись на расчистку неприглядных трущоб и служили частным интересам, развитию центральных районов города. Социальное жилье строили на никому не нужных участках в самом сердце трущоб в расчете на то, что высокая плотность расселения позволит вместить всех, кого оставила без крыши над головой массовая расчистка бедных кварталов.

В мифе отсутствует и связь всеобщего равнодушия к социальной нищете чернокожих города с упадком Прютт-Айго. В 1970 году по итогам грандиозного исследования, проведенного в середине 1960-х годов в Прютт-Айго, социолог Ли Рейнуотер написал книгу "За стенами гетто". Рейнуотер утверждал, что насилие и вандализм в жилищных модулях были вполне прогнозируемым ответом жильцов на нищету и расовую дискриминацию. По его мнению, архитектура не была ни причиной, ни решением этих проблем. Улучшение жилищных условий, как и другие попытки изменить поведение неимущих, совершенно бесполезно, если их доход остается прежним.

Это очевидное обстоятельство прямо противоречит мифу Прютт-Айго, напоминая о политических и экономических причинах его провала.

Сама идея защищенного пространства основана на том, что поведение некоторых типов населения является проблемой, которую можно решить посредством архитектуры. В такой логике вопрос, почему насилие цветет именно в социальном жилье, не возникает. Преступление, совершенное горожанином с низким уровнем дохода, представляется данностью, а не следствием экономического и расового угнетения.

Прютт-Айго и конец модернизма

Несмотря на множество социальных и экономических причин сноса Прютт-Айго, миф стал общим местом исследований, изучающих поведение и окружающую среду. К примеру, "Городское социальное пространство" Джона Пипкина, классический учебник по социальным факторам среды, приводит Прютт-Айго как пример незащищенного пространства и утверждает, что его главная проблема в том, что многоэтажные дома не подходят для низших классов. "Жилищное строительство стало социальным провалом. в Пустые пространства многоэтажных домов способствовали распаду социальных связей <...> Многие комплексы социального жилья были снесены. Самым запоминающимся из них <...> был Прютт-Айго. Когда проект был завершен, он получил архитектурную премию, однако <...> нес на себе все болезненные признаки социального строительства".

235bcdbaaecd6c1b9c7fd021bb29f4f6.png

Это - пример того, как миф вырастает из дезинформации. Прютт-Айго сопутствует эпитет "проект, получивший премию", но он никогда не получал никаких архитектурных наград. Другой, более ранний комплекс социального жилья, спроектированный той же командой архитекторов в Сент-Луисе, "Cochran Gardens", действительно получил две архитектурные награды. С какого-то момента их стали приписывать Прютт-Айго. Эта странная амнезия у части архитекторов очень значима в дискуссиях. С начала 1970-х годов винить за неудачу проекта Прютт-Айго стали интернациональный стиль (то есть модернизм). Несуществующая премия была крайне важной частью мифа: Прютт-Айго получил все недостающие атрибуты культового модернистского проекта.

Связь между гибелью Прютт-Айго и злоключениями модернистского движения выстроилась только к 1972 году. После сноса комплекса несколько публицистов выразили мнение, что для модернистов вообще типична нечувствительность к нуждам жильцов. "The Architect’s Journal" назвал снос Прютт-Айго "самым помпезным фиаско модернизма". Неудивительно, что критики и теоретики постмодернизма использовали проект в качестве репрезентации целого стиля - в 1970-е годы все большее распространение получала критика модернизма.

Проследив развитие мифа о Прютт-Айго, мы увидели, что по мнению архитекторов проектное решение играет центральную роль в судьбе комплекса: существование же проблем в самой программе жилищного строительства Сент-Луиса отрицается. Миф отвлекает внимание от экономического кризиса, классового угнетения и расизма, делая акцент на архитектурных решениях и факторах среды и приписывая архитектуре центральную роль в успехах или неудачах жилищного строительства. Он наделяет архитектора несуществующей властью в создании дешевого жилья для бедняков. Эта власть становится как бы очевидной, когда обнаруживается "связь" между крахом проекта и высоким модернизмом.

Утверждение, что Прютт-Айго не состоялся как проект из-за идей Ле Корбюзье и CIAM, не только предполагает, что успех или неудача жилищного строительства напрямую зависит от архитектурных решений, но и непосредственно связывает архитектуру с социальной повесткой дня. Миф о Прютт-Айго - мистификация, которая выгодна всем, кроме тех, для кого предназначались программы жилищного строительства.

  0
  2015
Темы
Актуально
Ремонтируем кожаную мебель своими руками
02.12 Ремонтируем кожаную мебель своими руками
Советы по реставрации кожаной мебели, которые избавят вас от необходимости в новых покупках и при этом восстановят предметы обихода.
 
  3141
Декоративная штукатурка - яркая одежда вашего дома
02.12 Декоративная штукатурка - яркая одежда вашего дома
Разнообразие фактур, палитр и оттенков дарит вашему жилищу такой отделочный материал, как декоративная штукатурка.
 
  2608